19.12.11 года. В
Высоком суде Лондона после двухнедельного перерыва на рождественский шопинг
начались заключительные выступления адвокатов Джонатана Сампшна и Лоуренса
Рабиновича, которые представляют интересы Романа Абрамовича и Бориса
Березовского, соответственно. В зале присутствуют и истец, и ответчик.
Абрамович выступает
ответчиком по иску Березовского. Истец пытается доказать, что под давлением
Абрамовича был вынужден продать в 2000—2003 годах доли в нескольких российских
компаниях, в том числе в «Сибнефти», по цене существенно ниже рыночной. Ущерб
Березовский оценил в $5,6 млрд. По его мнению, Абрамович воспользовался
изменением политической конъюнктуры — потерей влияния Березовского в Кремле и
эмиграцией в Лондон, чтобы заставить его продать перспективные активы дешево.
Абрамович это
опровергает, доказывая, что Березовский никогда не был реальным совладельцем
бизнеса и получал выплаты лишь за стандартную для России 1990-х «крышу» и
лоббистские услуги. Задача юристов Березовского — доказать наличие партнерских
отношений между ним и Абрамовичем.
Джонатан Сампшн,
адвокат Абрамовича, начал речь без предисловий:
«Березовскому
необходимо доказать, что Абрамович нарушил свои обязательства. Перед лицом
большого количества аномалий в доказательствах Березовского, Ваша Честь должна
быть очень внимательна, полагаясь на память Березовского.
Мы считаем, что
Березовский постоянно и специально давал лживые показания. Мы считаем, что он
специально придумал какие-то факты и доверять ему нельзя. Он свои утверждения
подгоняет под те факты, которые ему нужно доказать.
Рассказ и позиция
Березовского о положениях сделки 1996 года постоянно меняется.
В 2003 году
Березовский постоянно утверждает в прессе, что Абрамович заставил его продать
свои активы. Это и оставалось основной позицией Березовского до второго,
расширенного, искового заявления.
И угроза в отношении
компании становится чем-то иным – угрозой в отношении его лично.Он вдруг
вспомнил, что стороны избрали английское право для заключения сделок. Он
постоянно меняет свою позицию. И особенно уникальный пример мы видим в его
поведении, когда было разбирательство по иску к журналу Forbes.
Он утверждал, что
никогда не лоббировал интересы «семьи». А сейчас он говорит совершенно иное, с
точностью до наоборот, потому что ему выгодно в этом случае преподнести все
именно так.
Березовский – это
такой человек, для которого правда меняется в течение дня.
И это связно с
ощущением его величия. И ему сложно принять, что несмотря на то, что он был
воротилой бизнеса в свое время, но оставался малозначительным персонажем, а с
этим ему сложно смириться.
Мы считаем, что
встреча на Кап д'Антибе была придумана. Березовский говорит, что Абрамович
угрожал ему на этой встрече, хотя последний в это время находился на Чукотке. И
это доказывает, что Березовский сочиняет факты по ходу дела.
В свою очередь,
Абрамович вел себя очень сдержанно. Если шел разговор о датировании задним
числом, он признавался в этом, не пытался очернить Березовского.
Показания
Березовского носили очень общий характер, а показания его свидетелей были
косвенными и базировались только на обсуждениях с Березовским. Необходимо
понять, что он получал в обмен на то политическое лоббирование, которое
оказывал семье «семье», а также разобраться, что такое «крыша».
«Крыша» – это
альтернативная система обязательственного права, которая была обычным явлением
в России в 90-х годах. Это не контрактное оказание услуг и не договор или
правоотношения. Это взаимоотношения, которые нельзя нарушить без серьезных
последствий.
Березовский был
типичным политическим воротилой. Он сам себя называет крупным олигархом, и об
этом же говорил (эксперт) Фортескью.
Все, что делал
Березовский для Абрамовича, характерно для отношений протектора и клиента, а не
инвестора и менеджера. Мы также утверждаем, что деятельность протектора -
держателя «крыши» - носила коррупционный характер. И Березовский даже сам с
этим согласился, когда я задавал ему гипотетический вопрос на эту тему. Он
ответил: «Конечно, это коррумпированная сделка». Потом выяснилось, что это не
является коррумпированной сделкой, только когда он сам этим занимается.
Мы считаем, что
версия Березовского относительно договоренностей 1995-1996 годов, ложная.
Первое обстоятельство, доказывающее это, - то что соглашение было достигнуто на
том этапе, на котором его нельзя было бы достигнуть на тех условиях, о которых
говорит Березовский. Показания Абрамовича заключаются в том, что основные
характеристики соглашений сторон были согласованы в самом начале. И мы считаем,
что это именно так.
Условия, о которых
говорит Березовский, были придуманы и придуманы гораздо позднее.
Второе обстоятельство
– это отсутствие письменных документов. Вряд ли практика отсутствия письменных
договоренностей при очень крупных сделках существовала даже в России 90-х годов
и даже между людьми, которые друг другу очень доверяли. Березовский отзывался
об Абрамовиче даже с некоторым презрением и говорил, что он (Абрамович) был
каким-то мелким торговцем нефтью, без какой-либо репутации в бизнесе, «Он даже
не был умницей», – сказал Березовский. Поэтому мы считаем, что устной
договоренности, основанной на доверии, между ними быть не могло.
Третий косвенный элемент,
на который тоже нужно обратить внимание, - это абсолютное отсутствие у
Березовского интереса к различным аукционам. Все эти аукционы привели к
приобретнию компаний, которыми потом владел Абрамович. Березовский совершенно
никаких средств в аукционы не вкладывал, даже в аукцион 28 декабря 1995 года,
хотя и принимал активное участие, используя свое большое политическое влияние.
Получается,
Березовский не вложил ни цента в приобретение акций, которыми он, по его же
утверждению, должен был владеть вместе с Абрамовичем.
И что же получается?!
Абрамович заплатил за приобретение акций из своего кармана и поделился активами
с Березовским и Патаркацишвили?!
Четвертый момент,
наталкивающий на размышление, – отсутствие соответствий между платежами,
которые поступали Березовскому, и теми, которые осуществлялись «Сибнефтью». До
2000 года чистой прибыли у «Сибнефти» было не так и много, а Березовский в те
годы получал по $80 млн, якобы от «Сибнефти».
Абрамович мог вообще
отказаться платить больше, чем 50% от прибыли «Сибнефти», даже если у
Березовского была доля в прибыли.
Это была цена,
которую потребовал Березовский в качестве платы за взаимоотношения.
И еще один фактор,
доказывающий верность версии Абрамовича, – это то, что договор простого
товарищества на самом деле не обозначается и не заключается для тех целей,
которые, как утверждается, фигурировали в то время.
Сотрудничество
Березовского с Абрамовичем объясняется тем, что на первом этапе Березовскому
требовались средства для финансирования ОРТ (уже позже – на личные нужды),
чтобы провести медийную кампанию в поддержку предвыборной кампании Ельцина в
1996 году.
Березовский постоянно
спрашивал Абрамовича, сколько он может ему платить, и замечал, что ему
требуется $30 млн в год.
Единственный был
способ срочно получить «живые» деньги, когда они были нужны Березовскому, – это
продать свое политическое влияние в Кремле, но никак не заключать договор о
простом товариществе».
По материалам сайта
gazeta.ru
Теги: Юридические услуги. Серпухов. Юристы. Адвокат. Консультации. Юридическая консультация. Помощь. Защита в суде
Ипотека. Налоги. Алименты. Семейные жилищные споры. Ксерокопирование документов. Юрист. Суд. Ксерокопии.
Реклама: Нотариус.. Экспертиза. Саморегулируемая организация строителей. СРО. Охрана. ЧОП, Триколор. ТВ.

Комментариев нет:
Отправить комментарий